Записки: отпуск летом 2014 кончается

.

1. 07. 2014 Маталасканьяс, Испания

Это был наш отпуск, наши каникулы…

Хотела я посмотреть и понять жизнь людей, других людей…

Я ни разу не писала, избегала писать о том, что на самом деле меня волновало в каждом дне и, до чего никому рядом (кроме моего мужа) не было никакого дела…

Это события в Украине,… что в это время кто-то остался и остаётся без отца, без мужа и сына, а кто-то без крыши над головой…

Я не всегда умела делать выводы: выслушивать разные точки зрения, раздумывать над тем, что я слышу и вижу, сравнивать разные источники информации…

Не писала, потому что этот вопрос разделил меня с некоторыми друзьями…Многое из того, что я слышала, напоминало мне раннее детство, когда моя мама пугала меня "бабаем", чтобы я скорее засыпала... С тех пор не люблю, когда меня пугают.

Мой отец кубанский казак, я всю жизнь жила в Виннице и разговаривала на русском языке: никто никогда не притеснял меня за это. Когда в последнюю поездку мы с мужем заблудились за Львовом, я вспомнила рассказы о ненависти жителей запада Украины к русскому языку и на ломаном украинском спрашивала у встречных людей дорогу. Велико было моё удивление, когда в ответ с улыбкою звучало: "Да не мучайтесь Вы, говорите на русском!".

Это не было единичным опытом: на обратном пути, видя, что у нас проблемы с ориентировкой на местности, человек сел в нашу машину и помог нам выбраться, несмотря на мой русский язык.

Зато, перед каждой поездкой из Германии на мою родину у меня был страх!

Страх, перед тем, как в машине с немецкими номерами проехать по Украине, чтобы не встретиться с доблестной ГАИ. У них свои собственные приёмы и места для таких, как мы. Лишь в третью нашу поездку я это раскусила.

Сначала, остановили в Тернопольской области и вежливо, а потом угрожающе просили предоставить документы. Но, я уже знала весь сценарий, и отказалась давать испанский паспорт мужа в чужие руки. Затем, признала ошибку, сказала, что мы будем внимательнее, но всё же, один из них был очень настойчив.

Тогда, я утвердительно сказала, что паспорт в руки не дам и денег не дам: у нас лишних нет! Тогда он потерял над собой контроль и, обозвав Мануэля фашистом, сказал, что «положит его мордой в асфальт», а мне обещал не доехать до Винницы. Потом нас ещё три раза останавливали, но мы уже были уверены в своей правоте, потому что правил не нарушали.

Один украинский журналист писал: «Только представьте, бывший начальник милиции изготовил тысячу пластиковых визиток с изображением флага Украины и своими контактами. Он продавал эти карточки по две тысячи долларов. Значит, когда вас на машине останавливала милиция, вам нужно было просто показать эту визитку – и вас моментально отпустили, независимо от того, какое правило вы нарушили».

Людям надоело так жить! Знаю и помню с 2004 года, что всё же есть люди, готовые противостать лжи и насилию. Очень надеюсь, что не буду больше дрожать, когда мы снова поедем в Украину.

Мы собираемся в дорогу.

На вечер запланирована прогулка со мной по набережной океана. Множество людей прогуливаются, едят, ездят на велосипедах, бегают трусцой, играют с детьми. Несколько человек сидят у океана, забросив в него свои удочки.

Но вот слышна громкая танцевальная музыка. Там, впереди под навесом я рассмотрела несколько рядов по восемь тренажёров: те, кто не хочет бегать или ездить велосипедом по набережной, без помех может поразмяться на велотренажёре или беговой дорожке. А рядом стоят те, кого подзадоривает громкая музыка.

"Ну вот, – думаю я, – жизнь-то идёт, хотя, как мы видим по телевидению, в Испании тяжёлый экономический кризис. Пятьдесят шесть процентов молодёжи не трудоустроены и вынуждены искать работу в других европейских странах". Испанцы говорят: «Найти работу – выиграть в лотерею!».

Пляж опустел, а ветер с океана несёт прохладу так, что не мешало бы набросить кофточку на плечи. Пройдя приличное расстояние, мы сделали паузу и остановились, присев на лавочку на набережной.

Наш разговор был об отношениях внутри нашей семьи. Вчера приехала одна из младших сестёр Мануэля. В тот же вечер Аллегри с Антонио (тётя с мужем) из Севильи приехали в Маталасканьяс, и зашли поздороваться.

В Испании целоваться в щёки могут, как знакомые, так и малознакомые люди. И ничего необычного не будет в том, чтобы поцеловать едва знакомого человека в щёку. Но мне пока довелось убедиться только в том, что в щёки принято целовать близких друзей и родственников. И это является проявлением тёплой приветливости, душевности, хорошим тоном.

Поэтому, Антонио очень обидело, когда сестра Джолли отказалась от традиционного приветствия, напомнив ему, что для неё вчерашнего поцелуя вполне достаточно.

Горячая испанская душа – Антонио! Этот знак отвержения так обидел его!

Действительно, Антонио – добрый весельчак! В самый первый день, по приезду в Маталасканьяс, он с Мануэлем принялись драить бассейн, ещё не наполненный водой. А до нашего приезда, они: Мари и Пепе(сестра Мануэля с мужем), Аллегри и Антонио устроили капитальную уборку с побелкой.

Понятно, ведь в январе отец перенёс инфаркт, а мама живёт в своём измерении – она поливала множество своих вазонов в закрытой веранде, не проветривая её, пока весь потолок не покрылся плесенью, и её это совсем не смущало.

Мы говорили о наших отношениях внутри семьи. Совершенно непонятное различное отношение родителей к собственным детям. В семье Мануэля есть дети принятые и непринятые, отвергнутые и возлюбленные и это отдельная история, история жизней…

Можно не думать и просто жить, пытаясь наслаждаться всем тем, чем только можно, не обращая внимания на раны, которые болят и всегда будут ложкой дёгтя в той бочке мёда – том счастье, которое мы так старательно будем создавать вокруг себя.

Что касается меня, то я в своей жизни сделала выбор: « Все Писание богодухновенно и полезно для научения, для обличения, для исправления, для наставления в праведности, да будет совершен Божий человек, ко всякому доброму делу приготовлен».

Итак, было уже довольно поздно и мы прощались, понимая, что ни завтра, ни послезавтра уже не встретимся…

«Желаем вам хорошей дороги, пусть ничего не случится», – говорил Антонио Мануэлю.

«Ничего не случится, – отвечал Мануэль, – я еду очень осторожно». А я в это время мысленно обратилась к Богу: «Прости ему, он не понимает, о чём говорит».

Мы обнимались и чмокались в щёки, и я думала снова, как нам не хватает этого в Германии…

Когда мы пришли домой, то двери были уже закрыты – нас никто не ждал. Просто неприятно…

Мануэлю ещё предстояло приготовить еду в дорогу. Для этого мы купили куриное мясо, огурец, помидоры и дыню.

Я провалилась в сон…

М.М.

продолжение будет...

This site was designed with the
.com
website builder. Create your website today.
Start Now